Галерея
5066 5077 5209 5263 5383 5972
Интересные записи
Топовые новости
Случайное

Издание второго романа

Издание второго романаО каких-либо откликах, не считая редакторского уведомления Г. Г. Бреннера, на издание второго романа не обнаружено, хотя Кёппен утверждает, что именно из-за изменённого названия роман «вызвал несколько рецензий на страницах некоторых провинциальных газет пронацистской окраски, что мне, конечно, не понравилось». Зато переиздание его в 1983 году с предварительной публикацией на страницах газеты «Франкфуртер алльгемайне цайтунг» вызвало довольно необычную дискуссию, суть которой определялась стремлением усомниться в политической благонадёжности и порядочности Кёппена с позиций нашего времени, а вернее сказать, с позиций левацкого авангарда.

Карл Прюмм, а вслед за ним и Фриц Раддац, который ещё в 1979 году печально прославился на этой ниве грубыми и лишёнными напрочь домыслами по поводу приверженности большинства авторов афашистской литературы и искусства нацистской идеологии, разразились статьями, в которых попытались представить Кёппена в качестве амбивалентного сторонника нацистского режима, а его роман «Стена шатается» как образец приспособленческой литературы в духе идей «консервативной революции», сдобренных нацистскими или, по крайней мере, нацистскообразными лозунгами. Прюмм серьёзно полагает, что известное эссе Кёппена о Мёллере ван ден Бруке является «рабочим планом романа „Стена шатается"» и что читатели 1935 года могли усмотреть в этом романе «восхваления в адрес» будущего «народного движения». Любой аспект романа «Стена шатается» воспринимается Прюммом как выражение его опасной близости к идеологии нацистов, будь то постоянные разговоры о долге как гражданской позиции, будь то озабоченность фон Зюде судьбой молодёжи или отрицательное отношение к Веймарской республике. Самое примечательное в этих статьях, что речь в них идёт только о второй части романа, а первая часть, отмеченная достаточно ясными аллюзиями применительно к нацистской действительности, исключается из дискуссии. Не мог же автор раздвоиться в одном и том же произведении на противника и сторонника нацистов. В любом случае, если согласиться на мгновение с мнением обоих критиков, такая позиция не принесла бы ему успеха, соберись он и вправду переметнуться в лагерь нацистов. Если Кёппен так уж близок был идеалам нацизма, то почему же он отказался занять должность шефа фельетона в бульварной газете «Берлинер цайтунг ам миттаг» ? Казалось бы, если следовать логике Прюмма, лучшего способа для Кёппена проявить свою приверженность идеологии новых властителей Германии трудно было бы сыскать, тем более что газета эта по всем параметрам отвечала надобностям нацистов. Но Кёппен почему-то отказался от этой должности. Суть проблемы для него заключалась не в переходе на сторону нацистов, а в возможности выжить в этом непростом времени.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *