Галерея
5066 5077 5209 5263 5383 5972
Интересные записи
Топовые новости
Случайное

Итоговый элемент

Итоговый элементПоследующий анализ романа «На мраморных скалах» наводит Зюскинда на мысль о том, что в нём наличествует итоговый элемент, своеобразный расчёт с несбывшимися надеждами: «Рассказывающее «Я», в котором, однако, в большинстве случаев говорит менее торжественное, выдающее наличие некоего тайного братства «Мы», описывающего осень и гибель… цветущего идиллического мира пастухов и виноградарей, в котором сокровеннейшая, келейная суть этого рассказываемого «Мы» предавалась естественно-научной и экологической монашеской деятельности». В этих словах можно усмотреть намёк на действительное разочарование не только Юнге — ра, но и ряда значительных фигур из лагеря фёлькиш-националов, по поводу несостоявшегося союза с национал-социалистами. Одни, как Юнгер и его соратники из «новых националистов», мечтали с их помощью создать некое государство военных, другие, и их большинство, надеялись использовать нацистов для возвращения старой Германии. Но, если последние, удалились в свои поместья и там предавались, злобствуя, скорби, то первые, по крайней мере, Юнгер уж точно, отступили на прежние позиции и постарались придать своему поражению вселенский масштаб, хотя и несколько карнавального свойства. Эту особенность романа Юнгера впоследствии отмечали многие исследователи, видя в этом естественную смену культурного ареала космического порядка, но в данном случае Зюскинд видит в таком смешении всех и вся во вневременном аспекте способ избежать опасности запрета или каких-либо других неприятностей: «Юнгер показывает свои знания и своё искусство обыгрывания не ради сатирических, а ради художественных, лучше сказать, провидческих целей…» Недаром далее критик приводит развёрнутое сравнение с картинами Брейгеля, как бы говоря тем самым, что у каждого художника своё восприятие конца света, и в этом нет ничего удивительного: «Значит ли это, что книга Юнгера является возвышенным, как и внушающим ужас чтением? Что читатель ощутит изо всех сил в этом ледяном ветре вневременья, даже содрогаясь от ужаса, что Tua res agitur? Тем не менее, эта книга написана намного мягче, чем её предшественницы; некая скрытая чудодейственная сила наряду с жестокостью и ужасом, какая-то печаль, некое сочувствие с цветами и кротостью лежат почти «неюнгеровски» на ней, не говоря уже о том, что она доставляет единственное в своём роде языковое удовольствие».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *